протоиерей Александр Борисов
Проповедь на Литургии
24 марта 2013

Фонограмма


Евр., 11:24-26, 32-40, 12:1-2

24Верою Моисей, придя в возраст, отказался называться сыном дочери фараоновой,

25и лучше захотел страдать с народом Божиим, нежели иметь временное греховное наслаждение,

26и поношение Христово почел большим для себя богатством, нежели Египетские сокровища; ибо он взирал на воздаяние.

32И что еще скажу? Недостанет мне времени, чтобы повествовать о Гедеоне, о Вараке, о Самсоне и Иеффае, о Давиде, Самуиле и (других) пророках,

33которые верою побеждали царства, творили правду, получали обетования, заграждали уста львов,

34угашали силу огня, избегали острия меча, укреплялись от немощи, были крепки на войне, прогоняли полки чужих;

35жены получали умерших своих воскресшими; иные же замучены были, не приняв освобождения, дабы получить лучшее воскресение;

36другие испытали поругания и побои, а также узы и темницу,

37были побиваемы камнями, перепиливаемы, подвергаемы пытке, умирали от меча, скитались в милотях и козьих кожах, терпя недостатки, скорби, озлобления;

38те, которых весь мир не был достоин, скитались по пустыням и горам, по пещерам и ущельям земли.

39И все сии, свидетельствованные в вере, не получили обещанного,

  40потому что Бог предусмотрел о нас нечто лучшее, дабы они не без нас достигли совершенства.

Глава 12

1Посему и мы, имея вокруг себя такое облако свидетелей, свергнем с себя всякое бремя и запинающий нас грех и с терпением будем проходить предлежащее нам поприще,

2взирая на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление, и воссел одесную престола Божия.

 

Ин., 1:43-51

43На другой день Иисус восхотел идти в Галилею, и находит Филиппа и говорит ему: иди за Мною.

44Филипп же был из Вифсаиды, из одного города с Андреем и Петром.

45Филипп находит Нафанаила и говорит ему: мы нашли Того, о Котором писали Моисей в законе и пророки, Иисуса, сына Иосифова, из Назарета.

46Но Нафанаил сказал ему: из Назарета может ли быть что доброе? Филипп говорит ему: пойди и посмотри.

47Иисус, увидев идущего к Нему Нафанаила, говорит о нем: вот подлинно Израильтянин, в котором нет лукавства.

48Нафанаил говорит Ему: почему Ты знаешь меня? Иисус сказал ему в ответ: прежде нежели позвал тебя Филипп, когда ты был под смоковницею, Я видел тебя.

49Нафанаил отвечал Ему: Равви! Ты Сын Божий, Ты Царь Израилев.

50Иисус сказал ему в ответ: ты веришь, потому что Я тебе сказал: Я видел тебя под смоковницею; увидишь больше сего.

51И говорит ему: истинно, истинно говорю вам: отныне будете видеть небо отверстым и Ангелов Божиих восходящих и нисходящих к Сыну Человеческому.

 

 

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

 

Сегодняшний день называется празднованием Торжества Православия, то есть правильного прославления Господа нашего Иисуса Христа. Это день, когда в 8-м веке 7-й Вселенский собор утвердил иконопочитание. Восстановил, потому что из побуждений строгого монотеизма, веры в единого Бога, из побуждений того, чтобы само вещество икон и иконы не становились некими идолами, было противопоставлено этому иконоборчеству восстановление истинного иконопочитания. При этом была найдена формула, которая освобождала людей от вот этого почитания самого вещества иконы.

Конечно, мы понимаем, что сама икона как тот материал, на котором изображено, конечно, тоже достойна уважения. Но самое главное – достойно уважения то, или тот, кто изображён на этой иконе. И была выдвинута замечательная формулировка, которая до сих пор является самым точным отображением – как мы почитаем святые иконы: “Честь, воздаваемая образу, восходит на первообразное”, то есть на первый образ. Не самому веществу иконы мы поклоняемся. Когда мы смотрим на копию “Троицы” Рублёва, мы видим не только само это изображение, а то, на что оно указывает. На событие явления трёх ангелов Аврааму, на открытие, раскрытие постепенно, на протяжении всего Священного Писания Ветхого и Нового Завета, Бога как Отца, Сына и Святаго Духа.

  О тайне Троицы написано множество книг, и об этом много можно говорить, но мы сегодня будем говорить о другом. О том, что вот это изображение Сына Божия, оно стало важным утверждением Его истинного воплощения. Что Он не просто казался Сыном Божьим, Он не просто был благородным человеком, через которого Бог говорил, а Он был истинным Богом и истинным Человеком. И вот это и есть торжество правильного понимания, та формулировка, которая, наконец, пришла. На протяжении 8-ми почти веков люди искали. Так трудно человеческому сознанию найти нужные формы, понятия, и поэтому так трудно и ещё труднее преобразить жизнь человека в соответствии с теми нравственными и духовными путями, которые нам открывает Евангелие и которые Бог ожидает от человека.

  Когда стали распространяться христианские общины трудами апостолов (наиболее ярко об этом рассказывает книга Деяний): апостол Павел и другие 12 апостолов (практически все они, кроме Иоанна Богослова, закончили мученической смертью свою жизнь), то вот это были общины, в основном состоявшие из иудеев, к которым приходили язычники. Они видели замечательную проповедь, замечательное слово, явление исцелений, силы Божией – всё это было свидетельством того, что это не просто некие человеческие конструкции, а что это действительно истинный приход Мессии, Спасителя мира в этот мир, наш мир, через Авраама, через его народ, через ту страну, которую Бог им обещал.

Но, входя в другие культуры, появлялись новые способы помощи понять, что же это означало – пастырь добрый; что это означало – Сын Божий. Не просто император, вот, некий дух императора здесь воплощается, и так далее, а действительно приход сюда воплощения Создателя мира, Самого Господа.

И поэтому стали появляться изображения, ещё в ранних катакомбах, во 2-м, 3-м, 4-м веке, появлялись вот эти изображения символические. Иисуса изображали как доброго пастыря в виде такого златокудрого юноши с овечкой на плечах. Церковь – овечки рядом по лугу ходят, щиплют травку и так далее. Понятно, что для людей это были символы, указание на ту заботу, на ту любовь, которую Бог несёт всем людям.

Но для сознания людей, принадлежащих к культуре античности, необходимо было что-то другое. И вот на протяжении этих веков появляется иконопись, живопись христианская. Уже не просто символические изображения пастушка с овечкой, и так далее, а реальное изображение того, как же выглядел Господь, как выглядели апостолы. Это уже стало складываться где-то в конце 4-го, в 5-м, 6-м веках. Самая древняя икона у нас такая, подлинная, 6-го века, это частое изображение, у нас копии есть в иконостасе в алтаре южного придела. Она, эта икона, сохранившаяся в монастыре святой Екатерины на Синае.

  И, в сущности, мы становимся свидетелями синтеза восприятия благочестия иудейского, которому были запрещены изображения, кроме орнаментов и символов вроде лозы виноградной, плодов, и так далее. Человеческие изображения всяких живых существ были запрещены, потому что они могли отвлечь людей от истинного Бога, которого изобразить нельзя, в принципе невозможно. Но для людей другой культуры, для культуры античной, происходит вот этот синтез Иерусалима и Афин, соединение восприятия, соединение культур. И это лишний раз говорит о том, что христианство входит в самые разные культуры и по-своему в них преломляется.

  Для людей склада иного, не иудейского, было важно увидеть глазами – а как оно было на самом деле? И вот появляется такое удивительное культурное событие – икона. Она преимущественно развивается на Востоке. На Западе, кроме таких плоскостных изображений, появляются фигуры: Божьей Матери, Спасителя, изображения Креста, распятый Христос с ранами, и так далее. Мы всё это видим в наших церквях и на Западе.

  Для людей было важно увидеть, сосредоточиться, понять. И уже в свете учения Евангелия опасность того, что это станет каким-то идолом, заменяющим собой почитание истинного Бога, эта опасность всё дальше и дальше уходила. И окончательно была преодолена именно этим последним Собором, на котором было восстановлено иконопочитание.

  Поэтому для нас важно здесь понять, что Торжество Православия заключается не в том, что православные Церкви стали такими все из святых состоящими, а в том, что было утверждено правильное учение, которое позволяет людям, его исповедующим, из поколение в поколение всё более и более осваивать и как бы достигать эту высочайшую планку евангельской нравственности, которая нам открывается в учении Господа Иисуса Христа, в Его приходе, Его жертве, Его спасении.

  Это помощь, потому что людям нашей культуры, нашей психологии, всегда помогает именно какое-то конкретное изображение, чтобы не отвлекаться мыслью. Например, во время причащения я всегда представляю себе картину Николая Николаевича Ге “Тайная вечеря”, как бы присутствуя там. Это помогает сосредоточиться, не отвлекаться на какие-то другие мысли, образы и так далее, и это необходимо людям нашей культуры, нашего этноса, нашей психологии.

  В других – в Африке, в Латинской Америке, Малазии – там какие-то другие изображения, но центр будет тот же самый – Бог, Который пришёл в этот мир. Бог, Которого ожидали множество пророков, проповедников, о которых сейчас читалось в Послании к евреям, и что все эти люди, они жили этой верой, что Бог придёт и будет рядом с человеком.

  Язычники изображали множество прекрасных статуй богинь, богов, и так далее. Почему? Потому что вот эта жажда человека войти в прикосновение с высшим. И вот и происходит соединение этих поисков античных и того Откровения, которое получает народ Израильский. И рождается христианство, рождается христианская культура.

  И поэтому неслучайно сегодня два чтения связаны именно – “Пойди и посмотри”,– говорит Филипп Нафанаилу, который сомневается: “Может ли быть что доброе из Назарета?” – “Пойди и посмотри”.

  Так что это видение помогает нам. Эта гениальная иконопись, конечно, когда это прекрасное исполнение, помогает нам внутренне проникать нашим духом, соединяться с тем откровением, которое нам дано в явлении Спасителя.

  И поэтому для нас так важны вот эти заключительные слова сегодняшнего апостольского чтения. “Посему, имея вокруг себя такое облако свидетелей”,– свидетелей и Ветхого Завета, свидетелей и Нового Завета, святых, все изображения, которые нам помогают сосредоточиться на них, на том, что они создали, какую важную весть принесла нам их жизнь. “Имея такое облако свидетелей, свергнем с себя всякое бремя и запинающий нас грех, и с терпением будем проходить предлежащее нам поприще, взирая на начальника и совершителя веры Иисуса”. Понятно, что взирая прежде всего духовно. Но это изображение, особенно, если это хорошее изображение, помогает нам не только соединять наш дух с этим изображением, но и с тем, что Господь истинно стал Человеком, истинный Бог.

Аминь.