протоиерей Александр Борисов
Проповедь на Литургии
21 июня 2015

Фонограмма

 

 

Рим.5,1-10.

1Итак, оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа,

2через Которого верою и получили мы доступ к той благодати, в которой стоим и хвалимся надеждою славы Божией.

3И не сим только, но хвалимся и скорбями, зная, что от скорби происходит терпение,

4от терпения опытность, от опытности надежда,

5а надежда не постыжает, потому что любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам.

6Ибо Христос, когда еще мы были немощны, в определенное время умер за нечестивых.

7Ибо едва ли кто умрет за праведника; разве за благодетеля, может быть, кто и решится умереть.

8Но Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками.

9Посему тем более ныне, будучи оправданы Кровию Его, спасемся Им от гнева.

10Ибо если, будучи врагами, мы примирились с Богом смертью Сына Его, то тем более, примирившись, спасемся жизнью Его.

 

Мф.6,22-33

22Светильник для тела есть око. Итак, если око твое будет чисто, то всё тело твое будет светло;

23если же око твое будет худо, то всё тело твое будет темно. Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма?

24Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммоне.

25Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды?

26Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их?

27Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть?

28И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: ни трудятся, ни прядут;

29но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, ка́к всякая из них;

30если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры!

31Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться?

32потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом.

33Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам.

 

 

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

 

Сегодняшнее евангельское чтение – часть текста, которую мы называем Нагорная проповедь. Она обнимает собой 5-ю, 6-ю и 7-ю главы Евангелия от Матфея. И, казалось бы, всё так просто и понятно, но, с другой стороны, вызывает множество вопросов и недоумений. Ну как это – не заботиться о пище, не думать о завтрашнем дне, как птички жить, и всё такое? Мы же прекрасно понимаем, что птицы зимой погибают (половина по крайней мере погибает) от холода и голода. Ну и прочие примеры. Как всё это осуществлять? Всё это, конечно, очень красиво, но в жизни это как-то, наверное, противоречиво. Опять же, апостол Павел говорит: “А кто о своих, то есть, о домашних, не заботится, тот хуже неверующего”. Как всё это соединить?

А начинается с совсем какого-то трудного места: “Светильник для тела есть око. Итак, если око твое будет чисто, всё тело будет светло; если же око твое будет худо, всё тело будет темно”. Понятно, что наш внутренний мир зависит от того, как мы видим вокруг себя людей и окружающие события, как видим вокруг себя мир. Действительно, мы настроены на то, чтобы в каждом человеке встретить образ Божий. Понимать, что каждый человек сотворен Богом, за каждого умер Христос. Есть те, которые в метро толкаются, место не уступают, вот за них тоже Христос умер, за тещу умер, за свекровь… Как же так?

Еще хуже, когда мы видим всё время только плохое. Так бывает – что замечаем прежде всего плохое: какой-то дом некрасивый, какой-то человек противный, ну и так далее. Всё это очень понятно. И вот это и есть тот самый свет, который пропускает или не пропускает красоту и радость окружающего мира внутрь нас. А пропускает только как стекло закопченное, когда смотрят солнечное затмение, пропускает только самые очертания, но все детали пропадают. И как же здесь быть?

Вот в этом отношении, конечно, замечательные нам дают примеры жития святых. Была такая святая, ее зовут Феодора, “Феодора, ­– в святцах записано, – в мужском образе подвизавшаяся”. И действительно, это рассказ об одной женщине, она жила в IV веке в Александрии, и так случилось, что она по наущению врага рода человеческого нарушила супружескую верность. И так она от этого страдала, так она переживала, муж ничего не знал, но она сама себе было противна просто до крайности. И она решила уйти в монастырь, и для того, чтобы муж ее не нашел в женском монастыре, она ушла в мужской. Переоделась в мужскую одежду, и туда пришла, назвалась Фёдором. Ее поначалу не пускали, потом пустили, ну и жила спокойненько, молилась, подвиги совершала всякие, всё правильно. И так она снискала любовь братьев монастыря, игумена, всё было хорошо.

Однажды ее послали в Александрию закупить масла. С верблюдами, всё такое… На обратном пути пришлось ей заночевать на постоялом дворе в каком-то монастыре. И в этом монастыре ее внешностью (полагая, что это молодой человек) соблазнилась какая-то женщина. Ну, поскольку она всячески отвергала ее притязания, то она с каким-то другим молодым человеком согрешила. А потом, когда она уже ушла, брат Федор, так сказать, вернулся в монастырь, то монахи того монастыря, которые завидовали вот этому монастырю, стали обвинять: “вот, вы говорите, что у вас такие монахи, а вот у нас был ваш Федор, соблазнил девицу”, и всё такое. Игумен вызвал к себе Федора: “Как же так? Вот, такое говорят” – “Нет-нет, не было этого. Действительно, приставала, но я ничего не сделал”. Тот поверил.

Потом проходит, как положено, 9 месяцев, эта девица родила, и приносит младенца этому игумену: “Как же ты говоришь, что не было? А вот пожалуйста – она даже родила ребеночка. Вот какой у тебя этот Федор”. Тот вызывает Федора: “Как же так? Мы поверили тебе, а ты такие дела нехорошие совершаешь?. Вот за это – возьми этого младенца, которого принесли, и там где-нибудь шалаш построй на стороне, и там будешь в этом шалаше жить”. Она смирилась, взяла этого младенца, там жила, в этом шалаше (он, как брат). Пастухи местные очень ее (его) жалели, молоко давали, всё прочее. Вообщем, лет семь он там жил.

Потом уже в какое-то время увидели монахи, что он исполняет смиренно свое послушание, пришли однажды и смотрят, что он уже при смерти. И последние слова, которые она говорила этому мальчику, которого воспитала, наставление в монашестве, в монашеской жизни, всё такие замечательные возвышенные слова. Они вернулись к игумену, говорят: “Какие замечательные слова, какое наставление… Всё исполнил этот брат Федор, так что всё хорошо”. И когда они пришли на другой день, брат Федор уже лежал мертвый, рядом этот мальчик испуганный плакал. Вот такая история. И когда они уже начали раздевать – они увидели, что это женщина. И поняли, какой несправедливый был навет, какая несправедливая клевета была на нее, как завистливое око создало такую жуткую ситуацию. А потом этот самый мальчик стал монахом, тоже игуменом монастыря. Муж ее нашел, что она там оказалась, тоже остался в том монастыре. Так что всё закончилось замечательно.

Но, во всяком случае, вот пример того, как часто клевета (в жизни можно много таких примеров привести), как часто клевета становится источником огромных несчастий. Поэтому всячески надо воздерживаться. Бывает часто, что человек передаст что-то, неуверен, другой дальше передает, дальше, по мере передачи всё это обрастает всякими негативными подробностями, и вот так всё получается. Так что вот это первое.

“Двум господам никто не может служить”. В самом деле, речь же идет не о том, что не надо думать о зарплате, и прочее, но о том, чтобы прежде всего думать о деле. Если врач будет думать о том, сколько ему заплатят, милиционер будет думать – сколько он возьмет с этого нарушителя, и так далее, то понятно, что порядка никакого не будет. Прежде всего о деле, чтобы получалось дело, которому ты посвятил, а зарплата, вознаграждение конечно важно, но будет как следствие этой твоей работы.

“Не заботьтесь для души вашей что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи?” Ну и далее наставление, замечательное, наверное, самое поэтическое место в Евангелии: “Посмотрите на полевые лилии, как они растут: ни трудятся, ни прядут; но говорю вам, что и Соломон (образ самого благополучного богатого царя) во всей славе своей не одевался так, как всякая из них”. Какой удивительный замечательный чудесный образ!

И, действительно, понятно, что надо одеваться, причесываться, подкраситься немножко, но не делать это самым главным. Вы знаете, мне посчастливилось в жизни встретить Терезу из Калькутты, она в Москве в начале 90-х была – потрясающе красивая женщина. Казалось бы, старая, сморщенная, просто сари бедное и всё, но она была потрясающе красива! Или брат Роже, многие его видели, конечно, в Тезе – потрясающе красивый человек, хотя старенький, седенький, еле говорит… Понимаете, мы все должны понять, особенно женщины, для которых это важно, что красота не от внешности зависит, а от внутреннего содержания. Оно просвечивает, как это было вот с этими двумя людьми: мать Тереза и брат Роже. Они светились изнутри, были прекрасны! Именно потому, что это внутреннее их содержание было таково.

“Если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас. Итак, не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить?” Как же не заботиться? Заботиться надо, но важно все-таки, чтобы это не было на первом плане, чтобы не было всеобъемлющим.

И еще такое соображение, что вот как раз эти такие странные места противоречивые, они как раз и составляют творческую задачу христианина. Как это делать, чтобы не было такой чрезмерной заботы, беспокойства и страха, а тем не менее, чтобы о ближних своих заботиться и созидать мир, а не разрушать его? Вот это есть наша творческая задача, чтобы на первом плане стояло то, чем заканчивается сегодняшний отрывок: “Ищите прежде Царства Божия и правды Его, и остальное приложится”.

Аминь!